Ламеродром!

10 миллионов зимбавийских долларов. Примерно = $4 американских. А что будет в ближзайшие годы с американским - как знать…

Вагнер во время сочинения музыки раскладывал на на мебели куски яркой шелковой материи и периодически ощупывал их.
Гайдн рассматривл алмаз на своем кольце. Иначе музыка к нему «не приходила».
Гюго не мог работать, не имея перед собой своей бронзовой собачки.

Вальтер Скотт предпочитал работать в окружении детей, играющих в шумные игры. Лейбниц также окружал себя детьми, которые вдохновляли его на труд.
Шарлотта Бронте постоянно отвлекалась от писания и отправлялась на кухню чистить картошку, возвращаясь к письменному столу с новым приливом творческих сил.
Фридрих Шиллер во время «приступов» творчества клал на стол гнилые яблоки.

Гете признавался, что предпочитает писать карандашом, так как скрип и брызги пера выводят его из состояния творчества и в зародыше уничтожают задуманное произведение.

Альфред Мюссе слагал свои стихи при свечах за столом, на котором стояло два прибора — для него и его милой воображаемой женщины, которая должна вот-вот прийти и разделить с ним ужин.

Глюк приступал к работе в старательно выбранном одежде, а рояль выставлял под палящее солнце. Именно в таком антураже он сочинил оперы «Ифигения в Авлиде» и «Ифигения в Тавриде».

Аристотель мог творчески работать на ходу, поэтому он всегда со своими учениками двигался, отчего его школа получила название «перипатетиков» (от греческого «peripateo» — прогуливаюсь).
Так же сочинял Данте, терцины - ритм шагов. Фридрих Ницше в последние годы своей творческой жизни был способен плодотворно думать лишь во время ходьбы.

Лейбниц месяцами не отходил от своего письменного стола. А Эмиль Золя на время работы привязывал себя к стулу.